Содержание

1. Философия как интегральная систематика
2. I. Методическая теория рефлексии
3. II. Социальная философия
4. III. Философская семиотика
5. V. Интегральная антропология/психология
6. VI. Практическая философия
7. VII. Философия как форма жизни

Философия как

• интегральная систематика
• наука о смысле
• искусство понятий
• реконструкция пережитого (диалог понятия и опыта)
• рефлексивная теория практики (теоретическая рефлексия проживаемой рефлексии)
• основополагающая дисциплина гуманитарных наук

Йоханнес Хайнрихс принадлежит к немногим академическим философам, исходящим из того, что философия как интегральная систематика гуманитарных наук и её поэтапное построение из основных понятийных элементов сегодня возможны и необходимы. Сюда, разумеется, относится и обращение к ранее продуманному – подобно тому как художника вдохновляют прежние творения. Однако художника, который лишь цитирует прежние творения и «критически» им подражает, справедливо называют эпигоном. Мы живём во время, когда западная философия по меньшей мере на 90 % превратилась в собственную историографию, а тем самым, по сути, в филологию прежних философских произведений.

I. Методическая теория рефлексии: теоретическое осмысление онтологических (проживаемых) отношений рефлексии

Хайнрихс рассматривает философию в целом как «искусство понятий», а в ней – как последовательное, методическое саморазвёртывание человеческой способности к рефлексии. Рефлексия гораздо шире, чем теоретическая рефлексия задним числом. Последняя, правда, составляет форму философского мышления. Но эта форма теоретической рефлексии задним числом (размышления) относится к содержанию, которое со своей стороны состоит не только из лишённых рефлексии объектов, но в значительной мере также из проживаемой самоотнесённости (проживаемой рефлексии): начиная с органического (растительного), через сознание животных, вплоть до человеческого самосознания и его социокультурных, системных порождений.

Самая базовая форма проживаемой рефлексии находится в познавательных способностях (восприятие, мышление, чувство и интуиция), а также в осмысленном действии, которое тем самым отличается от лишь причинно обусловленного поведения. Действие регулируется языком, который представляет собой систему знаков, регулирующую себя в самом своём осуществлении. Поэтому у Хайнрихса за дифференцированной типологией действий (теорией действия) следует аналогичная, ещё более дифференцированная теория языка.

II. Социальная философия

После того как Хайнрихс в 1975 году распознал диалогическое отношение между людьми как отношение рефлексии с ограниченной последовательностью из 4 ступеней (что равнозначно открытию социально-научной константы), из этого развилась рефлексивно-системная теория социального – всеобъемлющая социальная теория.

Суть этой теории состоит в том, что четыре различные частичные системы (подсистемы) общества в целом коренятся в социальной рефлексии, в диалогической основной структуре и её четверичности:

1. инструментальное, отнесённое к объектам действие
2. стратегическое действие по отношению к другим действующим лицам
3. коммуникативное действие, характеризующееся диалогической взаимностью
4. метакоммуникативное действие, направленное на договорённости и нормы взаимности.

Аналогично в макросоциологическом/политическом измерении можно различить четыре подсистемы общества:

1. Хозяйственная система: объективный обмен товарами и услугами
2. Политическая система: регулирование субъективной власти и полномочий
3. Система культуры: возникающая из коммуникативной взаимности система воспитания, науки, публицистики и искусств
4. Система основных ценностей, или легитимности: возникающая из метакоммуникации система мировоззрений, этик, религий и духовных традиций

Не все эти формы социальной рефлексии следует называть «коммуникативным действием»!

Кантовский набросок расчленённого разума – это индивидуальная философия, которая имеет в виду лишь систему рефлексии отдельного человека. Четырёхчленность социального – это коллективно-плюральная системная референция, точнее система систем. Дифференциация систем состоит в том, что в фактически выделившихся крупных системах общества каждый раз особый аспект смысла функционирует как ведущее различие, тогда как другие смысловые частичные аспекты в индивидуальном действии и в общественном сознании остаются подчинёнными.

Политическая система – та, которая отображает в себе всю четырёхступенчатую структуру рефлексии наиболее отчётливо. Обычное трёхчленное деление государственной власти расширяется здесь четвёртой властью – той, которую обычно приписывают средствам массовой информации, – и Хайнрихс определяет её как объективную ступень разделения властей: управление (администрацию).

1. Административная исполнительная власть (объективная по отношению к законам)
2. Правительственная исполнительная власть (субъективно свободная в рамках законов)
3. Законодательная власть (коммуникативная)
4. Судебная власть (метакоммуникативная)

То, что фактически влиятельные СМИ сегодня ошибочно объявляются четвёртой властью, хотя они как раз не являются государственной властью, указывает на потребность в соответствующей демократии «власти» контроля над СМИ со стороны законодательной и судебной власти.

Четыре системных аспекта социальной коммуникации проявляются в общественной жизни повсюду. Везде обнаруживается четырёхступенчатая структура рефлексии, которая в совокупности делает человека социальным существом, связывающим природу и культуру.

Политическое следствие для полностью развёрнутой (а не суженной до экономики или политики) демократии состоит на национальном, европейском и в конечном счёте на мировом уровне в четырёхчастном парламентаризме, то есть в демократии ступеней ценностей, которую благодаря новому типу партий по существу дела можно охарактеризовать как внутренний синтез прямой и представительной демократии.

1. Хозяйственный парламент, который регулирует хозяйственные вопросы и впервые делает возможной «хозяйственную демократию» в широком смысле самоопределения населения относительно форм хозяйства.
2. Классический политический парламент в узком смысле, который принимает необходимые законодательные решения для обеспечения основных прав и социального порядка, а также по внешней политике и политике безопасности.
3. Парламент культуры для содействия и поддержки воспитания, школы, науки, СМИ и искусства. Этот парламент со своими исполнительными органами делает возможной культурную политику – например, в вопросах языка, миграции и культурной идентичности, – заслуживающую названия «культурной политики».
4. Парламент основных ценностей, который ведёт честный диалог религий и мировоззрений, устанавливает границы терпимости (для сект и т. п.) и разрабатывает предложения об основных ценностях общества.

III. Философская семиотика: систематическая последовательность ступеней действие – язык – искусство – мистика

Хайнрихс последовательно и методически строго отличает коллективно-социальную перспективу (вслед за Луманом называемую также коллективной «системной референцией») от индивидуальной системной референции отдельного действующего лица. Четыре уровня рефлексии, а тем самым и системы, обеих перспектив сходны (аналогичны), но не тождественны.

Познавательный интерес его философской семиотики состоит не столько в том, чтобы добавить ещё одно общее определение знака к 99 уже существующим, сколько в том, чтобы создать одновременно философскую и практическую семиотику различных человеческих форм знакового действия. Человеческие знаковые системы определяются как проживаемые виды человеческой коммуникации, или рефлексии. Речь идёт не о конвенциональных знаковых системах, служащих заменой языка (азбука Морзе, флажная сигнализация, дорожные знаки и т. д.), а о философски значимых, сущностных формах знаков и значений.

I. Действие

Осмысленное действие как таковое есть самый элементарный семиозис, процессуальное оперирование знаками и значениями, отсылками к другому и к себе. Хайнрихс излагает это со времени своего главного труда Handlung («Действие», 2007). Существенный момент здесь – телеологическое измерение: известная со времён Аристотеля и забытая в Новое время телеологическая причина (целевая причина) реабилитируется, а центральная дисциплина теоретического разума у Канта, учение о категориях, реконструируется как четырёхступенчатое строение категорий языкового действия. Действие есть полное единство субъекта и объекта, тогда как физически измеримая причинность представляет лишь частичную причину.

II. Язык как мета-действие

Языкознание знает трёхчленное деление семиотических измерений по Моррису на синтактику, семантику и прагматику. Собственные исследования языка Хайнрихса показали, что и здесь, помимо изменения порядка, вслед за философом из ГДР Георгом Клаусом нужно различать четвёртое измерение – сигматику.

Семиотика языка состоит из последовательности ступеней:

1. Сигматика: установление отношения сигнальных форм (жестов и звуков) к подразумеваемым объектам, показывание – например, книжка с картинками для ребёнка.
2. Семантика: уровень субъективного усвоения и многообразного употребления уже установившихся значений (соответствует обращению со словарём).
3. Прагматика: уровень речи как (чаще всего) интерсубъективного действия, предмет теории речевых актов.
4. Синтактика: уровень связи между семантическими знаками, грамматических правил.

III. Искусство как мета-язык

Искусства понимаются как мета-языковые игры без повседневного языка или над ним, с более высоко отрефлектированным синтаксисом, образцом которого служит языковая стилистика в поэзии. Рефлексивно-логическое членение искусств соответствует известным основным формам:

1. Изобразительные (объективные) искусства
2. Исполнительские искусства (через осуществление субъектом)
3. Поэзия (искусства слова)
4. Музыка (синтаксис звуков во времени)

Эти основные формы знают многочисленные смешанные формы (например, оперу) и поучительные подразделения. О литературных жанрах см. гл. 6 Integrale Philosophie.

IV. Мистика

Мистика понимается философско-семиотически как «мета-искусство». Вся тема действия доходит здесь до своей границы как активность субъекта. Структурное ядро мистики Хайнрихс видит в активности самого медиума смысла, тогда как действие человека становится «искусством» чистой рецептивности. И здесь распознаётся феноменологическое членение мистики на 1. мистику природы, 2. мистику внутреннего мира, 3. социальную мистику и 4. мистику знаков (пока лишь кратко охарактеризованное в Integrale Philosophie, гл. 7).

Само собой разумеется, что это рефлексивно-логическое понятие мистики не имеет ничего общего с иррациональностью и мистицизмом. Философско-религиозный тезис Хайнрихса здесь состоит в том, что отношение к «божественному», универсальному медиуму смысла возникает не только через особое откровение, но заложено в рефлексивной структуре человеческой личности. Современную философскую теологию, исходящую из саморефлексивности универсального медиума, Хайнрихс до сих пор, правда, смог представить лишь в намечающих фрагментах (там же).

V. Интегральная антропология/психология

Научно-теоретический метод Хайнрихса – не просто учение о познании: за ним стоит, в духе теории рефлексии, вся полнота жизненной практики. Особенно ясно это видно в философски обоснованной психологии, которая как структурная теория даёт общую систему отсчёта для различных психологических школ.

Вышедший в 2018 году двухтомный главный труд Kritik der integralen Vernunft. Eine philosophische Psychologie («Критика интегрального разума. Философская психология») систематически развивает структуры человеческого сознания и бессознательного. Том I посвящён «грамматике функций сознания», том II – «карте бессознательного».

Новаторский потенциал заключается в систематическом выведении психических структур из принципа рефлексии. Хайнрихс показывает, как четыре ступени рефлексии проявляются в различных психических областях:

• В четверице познание – оценка – воление – действие.
• В познавательных функциях: восприятие, мышление, чувство, воля, которые К. Г. Юнг выделил как «психические функции».
• В тройственной структуре бессознательного (физическое подсознание, психическое имплицитное сознание и «медиальное сверхсознание»), что, среди прочего, делает понятными различия между З. Фрейдом и К. Г. Юнгом.
• Антропология трёх кругов тело – душа – дух, разработанная уже в Öko-Logik, устанавливает связь с ведической и теософской антропологией. Три круга своими семью площадями пересечения наглядно показывают семичастное строение человека, которое встречается в учении о семи чакрах и в их опыте. Неизвестно, где это геометрически очевидное отношение тройки к семёрке, то есть богатой традицией структуры тело – душа – дух к семичастному строению человека, было бы уже изложено.

Этот интегральный взгляд (подлежащий дальнейшей разработке) преодолевает односторонности различных психологических школ и предлагает всеобъемлющую теоретическую рамку для наук о человеке.

VI. Практическая философия: этика и политика

Практические следствия философии рефлексии особенно ясно видны в теории демократии Хайнрихса. Уже упомянутая демократия ступеней ценностей – не просто мысленный эксперимент, а разработанная модель конституции с весьма конкретными предложениями по осуществлению для конституционного собрания, к которому стремятся многие.

Основная идея: соответственно четырём общественным подсистемам существуют четыре равноправных частичных парламента, или палаты. Эта структура препятствует смешению посторонних для дела интересов (например, когда хозяйственные интересы доминируют в культурной политике) и делает возможным представительство всех сфер общества в соответствии с их предметом.

Другие предложения реформ касаются:

• Полного синтеза прямой и парламентской демократии.
• Основательной реформы денежной системы в хозяйственной демократии.
• В культуре: новой системы образования, способствующей целостному развитию человека, а также политики культуры и миграции, отвечающей потребностям населения.
• «Чистого» отделения государства от церкви при одновременном признании духовного и этического измерения общества в парламенте основных ценностей.

Помимо четырёх парламентских палат, могут образовываться комиссии из двух и более палат, например для палаты по окружающей среде, а также давно назревшего парламента здравоохранения. Смешанный состав таких комиссий нисколько не отменяет выборов депутатов по сферам, а, напротив, усиливает предметность парламентской работы.

Эти предложения – не утопические мечтания, а систематически выведенные из теории рефлексии и продуманные для практики концепции реформ.

VII. Философия как форма жизни

Философская система Хайнрихса – больше чем академическая теория: это выражение формы жизни. «Проживаемая рефлексия» означает, что философские прозрения не только мыслятся, но и осуществляются – как в обществе, так и в личном существовании.

Последнее видно и в жизненном пути самого Хайнрихса: выход из ордена иезуитов не был отказом ни от личной духовности, ни от общинной религии, а следствием понимания того, что подлинная духовность не должна оставаться в плену догматических и устаревших структур. Многолетняя работа над всеобъемлющей философской системой была проникнута убеждением, что философия сегодня снова должна стать систематической и значимой для жизненной практики, а также может быть духовной.

Таким образом, философия рефлексии – это:

• Метод систематического мышления
• Теория самой человеческой и социальной действительности
• Практика сознательного устроения жизни для индивида и общества
• Путь к духовной самореализации без отказа от науки

В этом метамодерном единстве теории и практики, систематики и связи с жизнью состоит особое значение философии Хайнрихса для нашего времени – времени, которое обладает огромным объёмом технических специальных знаний и с помощью ИИ ещё сильно их приумножает, но лишь скудным целостным знанием о жизни.